ООО «ООО»

Роман Лошманов о том, как на самом деле называются рестораны и кафе

Однажды мы с немецким фотографом Гулливером Тайсом снимали в Санкт-Петербурге команду бара «Терминал», что на улице Белинского. А вечером устроили бар-хоппинг, то есть ходили из бара в бар — выпить где по рюмке, а где и по стопке, себя показать и людей посмотреть. Это развлечение, которое в Москве пока еще не сильно развито, потому что по столице обычно ездят, а не ходят. И нет в ней такого количества недорогих баров, каким обзавелся в последнее время Петербург.

Люди из «Терминала» расставили на моей карте в путеводителе рекомендуемые точки, и мы с Гулливером перетекали из одного места в другое — с улицы Белинского на улицу Некрасова, с Некрасова на Жуковского. После пятого бара и по пути в шестой Гулливер сказал: «Я точно знаю, как он будет выглядеть. Серые стены и длинная деревянная стойка». Он, разумеется, оказался прав. Потому что пять предыдущих мест были точно такими же.

Я рассказал эту историю управляющей «Терминала» Лене Касьяновой, которую все называют Мамуля Ленор. Она в ответ рассказала, что когда в свое время открылся «Терминал» (еще на улице Рубинштейна), он был первым таким в городе — с серыми стенами и длинной деревянной стойкой: «На нас все пальцем показывали — вы что, дураки?» А вот потом вышло так, что этот бар задал не только моду на «бары по соседству», но и на то, как они должны выглядеть.

В Петербурге вообще очень оперативно подхватывают и копируют то, что завоевало быстрый успех. Пару лет назад там открылся небольшой гастробар Duo, который сделали два повара: Дмитрий Блинов и Ренат Маликов. После него появились рестораны Four Hands и «Оба два» — в каждом, естественно, по два шеф-повара. Недавно Блинов и Маликов открыли «Тартарбар»: скоро в Петербурге появится еще несколько мест с упором на сырое мясо, точно вам говорю.

О еще одной занятной особенности петербургского ресторанного рынка я узнал совершенно случайно. В ту же поездку мы оказались в винном баре «Винный шкаф» (да-да, серые стены, деревянная стойка) и обратил внимание на то, что написано на его двери. Общество с ограниченной ответственностью, которому это место принадлежит, называется «Любимое вино моей мамы». За разговором с владельцами «Шкафа» выяснилось, что такая практика — нескучные имена ООО — в городе широко распространена. И что когда они приходят в налоговую инспекцию, то чиновные тетушки сразу их узнают и улыбаются: «Любимая мама пришла!»

В Москве не то. Бар Delicatessen, фейсбучный форпост шуток юмора, — это на самом деле ООО «Индустрия ресторанного бизнеса». Его младшая сестра «Юность» — это ООО «Виктория Холдинг» под псевдонимом. Заводной алкомясной проект Meat Puppets — «ДЛ-Консалтинг». Затейливый паназиатский «Зодиак» — скучное «Смоленка Атриум». А безликое «Омега-интернешнл» притворяется бодрым «Чугунным мостом».

А в Петербурге! Есть ООО «Единороги» (кафе «Общество чистых тарелок»), ООО «Три товарища» (бар I Believe), ООО «Фима» (кафе «Бекицер») и ООО «Пух» (все тот же «Терминал»). Основатели «Винного шкафа» открыли бар Hamlet+Jacks — это ООО «Любимая еда моего папы». Мне рассказывали про ООО «Пончик и Сиропчик» и ООО «Снуп Дог»; говорили, что будто бы у ресторана «Кококо» ООО называется «Синий Пушкин». Я спросил про «Кококо» у Матильды Шнуровой — оказалось, что неправда; но если бы было правдой, не удивился бы нисколько.

С чем это связано — не знаю. Может, с тем, что в Москве рестораторы чаще всего покупают уже готовые ООО, а те штампуются специальными конторами. А может, с тем, что владельцы бизнеса — совсем не те люди, которые на самом деле делают ресторан рестораном: ООО — это они, а те, кто придумывает месту имя, — наемные работники.

Но вот недавно я брал интервью у основателей московского кафе The Burger Brothers; там же пообедал. И из чека узнал, что они — ООО «Большая ответственность». Есть еще порох в пороховницах.

Теги:

---------------------------
похожие идеи