За стеклом

Как делают стеклянную посуду в Гусь-Хрустальном

За стеклом

Я минут пять, хотя меня сильно торопили, смотрел, как две женщины проверяют выходящую из печи отжига партию бокалов, сделанных по специальному заказу одной алкогольной компании. Освещенные солнцем, они стояли на высоком подиуме, брали сразу по два бокала в обе руки, поднимали к лицу, быстро, но цепко их осматривали — и бо́льшую часть кидали в контейнер перед собой, где те тут же разбивались. Это была первая, опытная партия, алкогольной компании нужно было, естественно, только высшее качество, поэтому бой пополнялся и пополнялся. Но на стекольном заводе его не выкидывают, а отправляют обратно в шихту, смесь, из которой делают стекло. Ее расплавят, потом с помощью пресс-формы сделают новые бокалы — круговорот стекла в природе.

Опытный стекольный завод был построен в Гусь-Хрустальном в 1960 году при филиале Института стекла — и специализировался, как понятно по названию, на промышленном внедрении того, что разработали ученые. Со временем филиал вырос в самостоятельный НИИ стекла, а к заводу стало подходить и второе значение слова «опытный»: опыта стало более чем достаточно.

Сейчас ОСЗ принадлежит французской, а точнее, уже трансконтинентальной корпорации Arc (самый ее известный бренд — Luminarc), и это один из двух главных заводов в России, который делает стеклянную посуду. Второй — в Нижегородской области, на Бору, принадлежит турецкой компании Paşabahçe.

Здесь, в Гусе, хоть и мещерская лесная глушь, зато всероссийские масштабы, поэтому знают о стране то, чего сама страна порой не знает.

Про Анопинский завод — это неподалеку — рассказывают, например, что в девяностые это был чуть ли не главный налогоплательщик Владимирской области — благодаря бешеному количеству выпускаемых водочных бутылок. По анопинским объемам выпуска бутылок квадратных можно было понять, в каком государстве на самом деле делали итальянский амаретто. На Уршельском заводе — тоже в Гусь-Хрустальном районе — делаются баночки для российского детского питания, которые выпускает «Вимм-Билль-Данн», их вы увидите в каждом супермаркете.

А на Опытном стекольном заводе, можно сказать, решают, из чего в России будут пить. Минимальная экономически выгодная партия — это 200 тысяч штук: бокалов, кружек и так далее. Для каждого артикула нужна своя пресс-форма, каждая стоит 50 тысяч евро. Так что 200 тысяч — это только для спецзаказов, обычный тираж — 5 миллионов экземпляров. 150 тонн изделий в день: вы наверняка видели сделанную здесь пивную кружку, вы, скорее всего, пили из выпущенной здесь чашки или бокала. Для этого за два года до выпуска специальное агентство составляет доклад о будущих трендах, дизайнеры представляют, как это может воплотиться в стеклянных формах, из пары сотен образцов отбирают самые оптимальные — и только после этого запускают в тираж.

И еще цифра — здесь вообще любят цифры, объемы, воплощения. ОСЗ — единственный завод в России, который сейчас производит граненые стаканы. Самое первое, о чем говорят здесь про них, — даже не число граней, обросшее различными мифологическими трактовками. А то, что высота «Рабочего и колхозницы» Веры Мухиной (Мухина и стакан спаяны уже крепко-накрепко, не разбить) — это 476 граненых стаканов, составленных один в один.

Рабочие образцы бокалов, выпускаемых Опытным стекольным заводом.
Так закаливают небольшие стеклянные кружки, которые вы наверняка видели в магазинах, в гостях, в кафе — или у себя дома.
Стеклянные миски выходят из печи отжига, в которой постепенно снижается температура, и — если это не брак — отправляются на упаковку.
Две порции расплавленного стекла устремляются к пресс-формам, чтобы превратиться в бокалы.
Бокалы на ножках на ОСЗ стали делать не так давно, с приходом французов; ножки и сами бокалы делаются отдельно; это — ножки.
А это уже готовые бокалы выходят из станка, который их с ножками соединил.
Упаковка мисок, на которые наклеили термостойкие узоры.
За мисками своей очереди ждут кружки.
Окончательная подготовка посуды к отправке на магазинные полки.

Теги:

---------------------------
похожие идеи